|
Рассылка новостей makarena
ru tube
youtube авилов авторы аккордеоны актеры анищенко афанасьев баба_шанель бадакова бакалов билеты в. белякович ванин встреча песней гавел гамлет гастроли гладилин голосуйте нас vashdosug.ru социальные сети горшков довгань дракула дымонт задорин задохин иванова интервью история кино ю-з китаев комната джованни куклы леушин люди джентльмены макбет мастер маргарита мотылек на дне пресса ромео джульетта сайт санников спектакли станиславский студенты сушина тагиев тв театр юго-западе фотоаппараты шахет эрдман юз япония ярлыкова |
Юрий Фридштейн "Режиссура и режиссеры Валерия Беляковича", журнал "Страстной бульвар, 10", №5-65, январь 2004 г.
Так случилось, что я давно про Беляковича не писал. Хотя из его последних спектаклей очень понравился именно тот, что, судя по откликам коллег, вызвал у них необычайное раздражение: «Анна Каренина – 2».
Сцена – где нет слов, свосем, ни единого, но есть такая грандиозность непроизнесенности чувств, что стоит иных многословно-многостраничных монологов. Природная чистота, помноженная на дар, диктует ему трудные, эти почти невозможные на театре сцены. В них – ни грана фальши, в них – все подлинное. За такими редкими драгоценными моментами мы и приходим в театр. Ничего странного, что именно такой человек, как Белякович: раскованно-современный, подчеркнуто «свойский» и «простой», не чуждый матершинки и вовсе не склонный к громким словесам, а тем паче к словесным манифестам, - что именно он не боится и не чурается пафоса на сцене, и трудные моменты великого и высокого просветления оттого столь у него естественны и точны, что именно в них – его собственная суть. Подлинность чувства, его одновременно невозможность (всегда, во все времена!) – и его, всему наперекор, торжество, - об этом, как мне показалось, два последних спектакля Театра на Юго-Западе. При всем их внешнем шуме, гаме и тарараме – они про тишину. Эта восхитительная тишина оказывается слышной за вызывающей пестротой нарядов, за разудалыми песнями и танцами, за торжеством того искусства площадной, грубоватой театральности, которым так неисчерпаемо Белякович владеет. Эти два спектакля – вновь его любимый Шекспир: «Два веронца» и новая версия «Гамлета». Разухабистые бабы-шалавы и мужики-пропойцы, люди, до такой степени перемолотые и перетертые жерновами жизни, что, кажется, ничего и не осталось. Без возраста, без прошлого, что уж совсем точно – без будущего. Неожиданно в этом привычно-похабном гвалте, появляется некто – актер Михаил Докин на Беляковича не случайно похож, он окажется в спектакле его alter ego, его голосом, его воплощением. Названный в программке «Поэт и вдохновитель представления», он соединяет в себе автора и режиссера, соединяет в единое целое – Художника, превращающего этих «подземных» людей в Артистов. Точнее даже – не превращающего, но в них эту стихию творчества пробуждающего, и шекспировские строки – звучащие особенное высокими именно в их устах, среди ночлежно-помойного их лексикона – произносится ими так, словно они на наших глазах, мучительно, но одновременно страстно и вдохновенно, их припоминают, словно когда-то они их уже знали, но забыли, а теперь стихи эти вновь, в них, из них – прорастают. Их – преображая, пусть лишь на миг. Речь о Джулии, которую играет в спектакле Людмила Долгорукова. Обворожительная маленькая женщина, с лицом, которое покажется поначалу усталым и погасшим, - она сыграет на наших глазах такую поэму любви, с таким вдохновением и такой болью, с таким восторгом и такой мукой, какие нечасто приходится на сцене наблюдать. Голос – завораживающий знанием и мудростью – но, вдруг, абсолютно юные, звонко-прелестные интонации девчонки… «Сон в летнюю ночь» обернется некой осенней грезой, печальной, смешной и вдохновенной. А сам поэт неслышно и незаметно ускользнет, лишь перед тем, как окончательно исчезнуть, чуть обернется – на них, на нас: словно бы вопрошая – услышали ли? Отвечаю, четко и однозначно: да. За услышанное – благодарны. Когда-то свои заметки о Беляковиче я позволил себе назвать «Повелитель цирка», повторив определение, что некогда было адресовано Питеру Бруку. Мне кажется, я чуть-чуть его этим сглазил, и превалирование цирка в некоторых из его спектаклей мне лично стало подчас казаться чрезмерным. На сей раз он нашел себе определение сам, и оно мне нравится несравнимо больше: Поэт и вдохновитель. Непростая должность вообще, по отношению к Шекспиру тысячекратно непростая, - однако как же удалась!
|
пр-т Вернадского, 125 • (495) 433-11-91 • основатель театра народный артист России Валерий Белякович