Евгений Шварц

Евгений Львович Шварц
1896—1958 советский писатель, драматург, автор более 20 пьес для драматического и кукольного театра, а также сценариев к восьми    фильмам
                                                                             
Биография: «Шварц родился 21 октября 1896 года в Казани в семье медиков. Его отец учился на медицинском факультете Казанского университета, мать окончила акушерские курсы. Отец был резким, вспыльчивым человеком, в отличие от ласковой и нежной матери. Уже в детстве маленький Шварц умел видеть жизнь как череду забавных или грустных мизансцен.
Характер у мальчика был сложный. В нем причудливым образом сочетались открытость и ранимость, скрытность и болезненная обидчивость. Шварц очень рано научился читать, мечтал стать «романистом» и, обладая развитым воображением, выдумывал различные истории, иногда пугая самого себя до полусмерти.
В конце 1910-х Евгений учился на юридическом факультете МГУ, но, проучившись там два года, решительно отказался от профессии юриста, посвятив жизнь театральному искусству и литературе. Свежеиспеченный артист переехал в Ростов-на-Дону, где поступил в Театральную мастерскую. Помимо театра Шварц работал фельетонистом в провинциальной газете «Всесоюзная кочегарка», где судьба его свела c Николаем Олейниковым, ставшим впоследствии близким другом и соавтором. В 1921 году он приехал в Петроград в составе ростовской театральной труппы.
Некоторое время Шварц работал секретарем у Корнея Чуковского, а в 1923 году начал публиковать свои фельетоны. С 1924 года Шварц жил в Ленинграде, работал в Госиздате под руководством Самуила Яковлевича Маршака, тогда же сблизился с представителями литературного объединения ОБЭРИУ» (Википедия)

Со сказками он поступал так: «Но вершиной его творчества, несомненно, стали переложения сюжетов Андерсена: «Принцесса и свинопас», «Красная шапочка», «Золушка», «Снежная королева», на которых выросло не одно поколение детей. Под пером Шварца герои не просто становятся более «живыми». Они органично сочетаются с реальным миром. Автор совмещает сказочную поэтику с какими-то бытовыми деталями и делает это столь искусно, что зритель, читатель безоговорочно принимает героев, нисколько не сомневаясь в их подлинности. Привычные сказочные стереотипы меняются, и все соглашаются с новыми условиями сказочного быта. И в этом плане заслуга Шварца как новатора в пересказе сказочных сюжетов неоценима. «А еще корону надел!» — возмущается мачеха в адрес короля. Такое поведение «на манер тети Маруси из соседнего двора» не свойственно сказочным персонажам, но зато как подобные детали оживляют действие! Король из той же «Золушки» — это не величественный монарх, восседающий на троне, а обычный человек, который у Шварца просто работает королем и рассказывает о своих «профессиональных» проблемах: «Вот, например, Кот в сапогах. Славный парень, умница, но как придет, снимет сапоги и спит где-нибудь у камина. Или, например, Мальчик-с-Пальчик. Ну все время играет на деньги в прятки. А попробуй, найди его. Обидно!» Разве это пафос венценосной особы?! Это всего лишь «суровые будни» королевской жизни»
                                                                         
«Дракон»
текст: тут.
Сценарий юго-западного спектакля: тут.

Вот это важно уточнить: «"Дракон" Евгения Шварца - довольно известное произведение подсоветской литературы. Слово "подсоветский" здесь используется - за неимением лучшего - для указания на тот двусмысленный статус, которым обладали некоторые "советские" (по месту публикации) тексты. В то время, когда русская литература чётко делилась на дореволюционную, советскую, и запрещённую (сюда относился "самиздат", эмигрантская литература, а также, впрочем, многое из "дореволюционного"), некоторые книжки оказывались ровно на разделительной полосе»...

То есть пафос у пьесы антитоталитарный, жанр – сказка. Сказка осовремененная, то есть очеловеченная. А убить дракона предлагается ещё и в себе, а не только вовне. В финале Ланцелот говорит:
«Эльза, дай руку. Я люблю всех вас, друзья мои. Иначе чего бы ради я стал возиться с вами. А если уж люблю, то все будет прелестно. И все мы после долгих забот и мучений будем счастливы, очень счастливы наконец!»

Такие простые слова актёру, кстати, очень сложно произнести. Чтоб без фола, без ложного пафоса. Мне вот лично повезло, я слышала, как их произносил Виктор Авилов. Ангелы плакали от умиления.

Предоставляю слово Клио (_klio_sw) ): "У меня отсканированы два портрета Шварца работы Н.Акимова. Довоенный благополучнейший и добродушный автор "Тени" - и автор "Дракона", написанного в эвакуации в Средней Азии. В банке ветка верблюжей колючки, пустыня в глазах... Может, стоит упомянуть, что пьеса написана в 44 году и надолго запрещена после первых же показов".



библиотекарь Анна Китаева